Очередное судебное заседание по иску Владимира Явица к Налоговой службе ЕАО состоялось седьмого июля.
Понимаю, огромное число жителей города и области, наблюдая за этим процессом, ждут свежей информации о нём, вернее, о том, что на этом процессе происходит.
Как-то незаметно для меня судебный процесс по иску Владимира Явица к Налоговой службе ЕАО стал чуть ли не центральной темой «Газеты на Дом». Оценивая данный факт, прихожу к выводу, что причина этого не только в самой личности Владимира Самарьевича, которого и жители города, и жители области оценивали и оценивают положительно, как предпринимателя социально-ответственного, поэтому искренне ему сочувствуют, переживают за него.
Причина такого пристального внимания общества к данному судебному процессу ещё и в том, что малый и средний бизнес в ЕАО в течение последних нескольких лет, почти весь без разбора, подвергается очень серьёзному прессингу со стороны фискальных органов. Ключевые слова здесь: весь без разбора!
А общество, причём, все его слои, прекрасно понимает, что в маленькой области и маленьком городе базисом экономики, её фундаментом, как правило, является именно малый и средний бизнес. Крупного здесь практически нет. У нас не добывают нефть, газ, не строят автомобили и самолёты.
Уничтожив, затравив, запрессовав здесь малый и средний бизнес, Еврейскую автономную область, как говорил позапрошлый наш губернатор, можно будет «закрывать на лопату».
Общество это понимает. Понимают ли это представители Налоговой службы? Конечно! Они ведь тоже являются частью нашего общества. Но, судя по тому, как упорно, вопреки представленным суду стороной истца доказательствам, они продолжают настаивать на виновности Владимира Явица в дроблении бизнеса, я прихожу к выводу, что судьба области их волнует значительно меньше, чем корпоративный интерес.
Что именно заставляет меня делать такой вывод? То, что представители Налоговой службы используют в отстаивании своей позиции недопустимые инструменты, такие, как откровенное, на мой взгляд, лукавство (это я мягко выразилась).
Ну, например, вызванный в суд свидетель пояснил суду, что, внимательно прочитав копию протокола допроса и увидев, что его показания в этом протоколе не соответствуют тому, что он реально говорил, он вернулся на следующий день в Налоговую службу и попросил внести в протокол изменения, которые бы соответствовали его показаниям. Но ему категорически отказали.
А представители Налоговой службы заявляют в суде, что никто из свидетелей не заявлял о своём несогласии с протоколом допроса.
Другой пример: Налоговая служба проверяла деятельность предпринимателя Владимира Явица за 2020-2022 годы. Опрашивала работников Владимира Явица, Дмитрия Явица и Светланы Штепы, в том числе уборщицу, которая в проверяемый период официально работала у двух предпринимателей – Владимира Явица и Светланы Штепа, то есть убирала ту часть площади «Электросалона», на которой располагался торговый зал Владимира Явица, и ту часть площади, на которой располагался торговый зал Светланы Штепа.
Площадь «Эектросалона», на которой осуществлял свою деятельность третий предприниматель – Дмитрий Явиц, она в проверяемый Налоговой службой период не убирала, потому что не работала в это время у Дмитрия Явица. И, соответственно, не обязана была его знать, поэтому, давая показания, сказала, что не была знакома с Дмитрием Явицем.
Что делает Налоговая служба ради того, чтобы внушить суду: бизнес трёх предпринимателей был единым, а Владимир Явиц его раздробил? Она пишет, что уборщица не могла не знать Дмитрия Явица в 2020-2022 годах, потому что … в 2023 году она официально работала уже у трёх предпринимателей, то есть убирала помещение «Электросалона», включая и ту его часть, на которой осуществлял свою деятельность Дмитрий Явиц!
Но причём здесь 2023 год, если проверяемый период, о котором она давала показания в суде - с 2020 -го по 2022 год?
Кстати, в первой части своего «Отзыва» на «Ходатайство» Владимира Явица Налоговая инспекция вот такими недопустимыми методами отчаянно старается доказать, что допросы всех свидетелей она проводила в рамках закона, и все составленные ею протоколы их допросов являются допустимыми доказательствами, а во второй части этого же своего «Ходатайства» заявляет, что пять из семи или восьми свидетелей до сих пор работают у предпринимателей: кто-то из них у Светланы Штепа, кто-то – у Владимира Явица, а кто-то – у Дмитрия Явица, поэтому они являются заинтересованными лицами.
Зачем налоговики это заявляют? Они требуют исключить показания этих свидетелей, как заинтересованных лиц, из дела? Нет. Тогда зачем?
Я думаю, для того, чтобы посеять зерно сомнения, скажем так: на всякий случай, если суд решит учесть показания этих свидетелей, данные в судебном заседании и не очень-то соответствующие протоколам допросов, составленным налоговиками. Тогда, наверное, можно будет попытаться и дальше затягивать судебный процесс, споря о степени «заинтересованности» свидетелей – каждого в отдельности…
Однако, как я поняла в ходе судебного заседания, состоявшегося 7-го июля, следующее заседание может стать последним, поскольку все аргументы налоговиков были в судебном процессе опровергнуты, причём, доказательно.
Например, налоговики заявили, что в «Электросалоне» были установлены два кассовых аппарата, а не три. Значит, бизнес был единым. Сторона истца предоставила суду фотографии, заверенные нотариусом, на которых видно, что в каждом торговом зале каждого предпринимателя стоит своя касса. Налоговики заявили, что они третью кассу не заметили, поэтому фотографии, заверенные нотариусом, они считают недопустимым доказательством.
А не заметили они третью кассу, потому что не заметили третьего зала.
Нет, я не шучу. Именно так они и сказали: третью кассу не видели. И именно так написали: законным образом заверенные фотографии – это недопустимые доказательства, хотя кассиры наличие третьей кассы в своих показаниях подтвердили!
А любой житель города и области, хоть раз посетивший «Электросалон», и под протокол, и без протокола, как говорится, на раз подтвердит наличие там третьего зала до 2024-го года!
Лукавство же налоговиков в данном случае заключается в том, что третий зал Владимир Явиц вынужден был закрыть как раз из-за них, то есть после проведённой ими проверки. Они ведь потребовали заплатить огромную сумму, якобы, недоперечисленных налогов. А где взять десятки миллионов, чтобы, как сказал в суде Владимир Самарьевич, с ними рассчитаться? Вот и пришлось распродать товар, а этот зал сдать в аренду.
«Владимир Явиц на судебном заседании: – Я был вынужден закрыть этот зал, чтобы рассчитаться с вами!
Представитель Налоговой службы: – Не с нами».
А с кем – представитель Налоговой не уточнила… Тем не менее, фотографии третьего зала налоговики по-прежнему считают недопустимыми, потому что, как я понимаю, они просто подменили дату его закрытия!
Таким же недопустимым доказательством они считают лингвистическую экспертизу протоколов допросов свидетелей, проведённую квалифицированными и лицензированными независимыми экспертами, протокол осмотра помещений и т.д.
В общем, все доказательства, предоставленные Владимиром Явицем и его защитой представители Налоговой службы считают недопустимыми. А свои доказательства, или вернее, то, что они считают доказательствами того, что Владимир Явиц раздробил бизнес с целью обмануть государство, у них, судя по всему, закончились…
На крайнем судебном заседании они озвучили только одно, видимо, последнее, на их взгляд, «доказательство», которое, как я понимаю, с большим трудом «наскребли по сусекам». Могу заранее сказать, что это «доказательство» тоже из разряда «от лукавого». Я не стану его озвучивать сегодня, поскольку оно будет предметом обсуждения следующего заседании, которое намечено на конец июля. Но после этого заседания я обязательно озвучу и его, и ответ на него Владимира Явица, и, надеюсь, решение суда – законное и справедливое.
*** *** ***
Если вы хотите, чтобы «Газета на Дом» продолжала работать, рассказывая о том, о том, о чём молчат другие СМИ, поддержите её, перечислив любую сумму на карту Сбербанка 2202 2062 5546 5861 МИР с указанием «помощь».
Елена ГОЛУБЬ
