Скучно стало… Базовым медучреждением области – областной больницей больше не управляет медсестра-директор Андреева, на детскую больницу больше не вешают надуманные долги за строительство подстанции и выделяемые Москвой деньги на строительство поликлинического корпуса не отправляют обратно в Москву, больше не нависает, как чудовищная катастрофа, над областным здравоохранением учительница Хромова, а противотуберкулёзным диспансером не руководит влюблённый в свою некомпетентность Ерёмин…
Скучно стало… Скучно тем, кто «крышевал» Андрееву, терзал детскую больницу, покровительствовал Ерёмину, прогибался под Хромову, и они взялись за онкологический диспансер.
Замечу, что в этом специализированном медучреждении никаких скандалов не наблюдалось, а если что-то случалось, то очень редко информация об этом выходила за пределы диспансера. У людей, которые занимаются спасением тяжело больных пациентов, просто нет ни времени, ни сил на выяснение отношений с начальством и беготню с жалобами по инстанциям.
И вдруг – скандал! Он разразился буквально недавно: руководящее звено диспансера объявило общий сбор коллектива. Врачи, медсёстры, санитары, технические работники пришли на это собрание, полагая, что речь пойдёт о каких-то вещах, касающихся проблем диспансера. А им вдруг руководство объявляет, что кто-то из них, кто-то очень нехороший, написал от имени коллектива на это руководство жалобу в вышестоящие инстанции.
На просьбу коллектива показать эту жалобу, руководство ответило отказом, а на вопрос о том, кто её написал от имени всего коллектива, назвало фамилии нескольких медицинских работников.
Услышав свои фамилии, эти медработники очень удивились, заявив, что они никаких жалоб не писали и не подписывали.
– Покажите эту жалобу, покажите наши подписи, – стали настаивать они. Но тщетно. Руководство посчитало, что коллектив диспансера обязан поверить ему на слово: оно обвинило нескольких медработников в некрасивом поступке, ничем свои обвинения не подкрепило и ушло, взбудоражив коллектив, вбросив в него зародыш атмосферы недоверия друг к другу.
Зачем это было сделано? Скучно стало без интриг, скандалов, лжи и оговоров?
Ни за что не поверю, что этот вброс в коллектив диспансера был сделан просто так, без всякой цели. Возможно, создание негативной атмосферы, атмосферы недоверия и подозрений понадобилось для того, чтобы развалить этот коллектив, а затем и сам диспансер?
А чтобы развалить диспансер, надо в первую очередь, вынудить медиков уволиться. И поводом для этого вполне может стать атмосфера недоверия и подозрений в коллективе.
Вообще за последние пять лет в онкодиспансере было создано руководителем учреждения достаточно много поводов для увольнений квалифицированных специалистов – врачей, медсестёр, ведь им проще уволиться, чем находиться постоянно в атмосфере лжи, терпеть регулярные нападки и унижение со стороны руководства учреждения, и выполнять при этом свою работу – оказывать помощь онкобольным.
А кто руководит данным медучреждением последние пять? Врач-онколог, владеющий необходимыми компетенциями? Терапевт-онколог? Хирург-онколог? Нет? А кто?
Алла Эдуардовна Винарская, чья базовая специализация, насколько мне известно, врач-дерматолог. Никакого отношения Алла Эдуардовна к такой области медицины, как онкология, никогда не имела. Как говорится, просто мимо проходила, а тут место главврача в онкодиспансере освободилось. Ну понятно же, что Жуков с Хромовой между специалистом-онкологом и мимо проходившим дерматологом из кожвендиспансера должны были главным врачом онкодиспансера выбрать именно дерматолога. Это же классика их устоявшегося жанра: руководить специалистами должен не специалист, а удобный для начальства «мимо проходивший».
Что в течение этих пяти лет происходило и происходит в диспансере? Начнём с того, что из диспансера уволились пять врачей-специалистов в области онкологии и десять квалифицированных медсестёр. Но при том, что диспансер испытывает острый кадровый дефицит, Алла Эдуардовна, в обязанности которой входит сохранение медицинских кадров в интересах, прежде всего, населения области, поступает наоборот.
Как говорят сами медики, она воспринимает увольнение медицинских работников, как должное: даже не пытается с ними поговорить, выяснить причину их увольнения, предложить какие-то альтернативные варианты, убедить не увольняться.
Люди увольняются, а ей это безразлично. Их некем заменить, а ей и это безразлично. Никакой активной работы по привлечению квалифицированных медицинских кадров в диспансер она, судя по всему, не ведёт.
Более того, она и свою работу, скажем так, активно не ведёт. Вот попробуйте кто-нибудь до неё дозвониться или достучаться. Вряд ли получится. Она – то в отпуске, то – в Москве на каких-то конференциях по онкологии, в которой она – не специалист, то – на больничном.
Это крайне затрудняет текущую работу медиков и решение срочных задач, поскольку те, кого Винарская оставляет вместо себя, не уполномочены решать эти задачи, да и не знают, как, потому что не медики!
А в онкологическом диспансере нередко бывают ситуации, когда решение должно приниматься безотлагательно, когда от своевременно принятого решения зависит жизнь пациента, и счёт идёт на часы!
Может быть, Алла Эдуардовна преуспела в решении вопроса обеспечения диспансера необходимыми лекарственными препаратами в должном объёме?
Увы! В диспансере имеют место перебои с лекарственными препаратами, от которых зависит жизнь пациентов. Но Аллу Эдуардовну это, видимо, не беспокоит. Наверное, она относится к пациентам диспансера так же, как и к его сотрудникам, большую часть которых, как утверждают сами сотрудники, называя «стадом»?
Есть, конечно, те, кто относится к категории приближённых к Алле Эдуардовне, но это – меньшая часть коллектива. Для них Алла Эдуардовна – мать родная. Особенно это заметно в дни выплаты зарплаты. Например, работник среднего звена поликлиники диспансера в этот день получает зарплату в разы больше, чем врач стационарного отделения, который не только ежедневно работает с пациентами, но и дежурит, причём, не сутки через трое, а сутки через сутки!
Или вот ещё пример: по сути, технический работник поликлиники получает зарплату в несколько раз выше, чем квалифицированная медсестра стационара. За счёт чего? Я полагаю, за счёт того, что этим приближённым Аллой Эдуардовной назначаются стимулирующие выплаты в пять, а то и в десять раз превышающие стимулирующие выплаты, назначаемые врачам и медсёстрам.
Как думаете, это не повод для увольнения медиков из данного медучреждения? Я – не про размер зарплаты. Я – про уважение к специалистам, которые лечат людей. Хотя, о каком уважении я говорю. Они же для Аллы Эдуардовны – «стадо».
Наверное, поэтому исполняющая обязанности главного врача онкодиспансера Алла Винарская никак не может найти средства для проведения планового, или хотя бы косметического ремонта в отделениях диспансера, где врачи спасают людей.
Для себя любимой, то есть для ремонта своего кабинета и закупки в свой кабинет новой мебели она средства нашла, те самые, которые зарабатывают для диспансера врачи, медсёстры, санитары – в общем, медперсонал. А на ремонт, который давно необходимо сделать, например в операционном блоке, у Аллы Эдуардовны денег нет.
Посмотрите на фотографию. Это не шутка, это – реальность: отваливающуюся от стен керамическую плитку медики вынуждены прикручивать шурупами!!!
Ау, Роспотребнадзор! Медики вас ждут и, не поверите, встретят, как самых долгожданных и желанных гостей!
Они не хотят увольняться, они хотят работать. Они в полной мере осознают свою ответственность перед жителями ЕАО и стараются оказывать качественную медицинскую помощь. А им мешают. Сознательно? Может быть.
Алла Эдуардовна мешает. Когда человек не на своём месте, он обязательно мешает!
Да и другие известные в областном здравоохранении персонажи мешают. Наверное, им скучно стало без скандалов, интриг, оговоров…
*** *** *** ***
Уважаемые читатели! Если вы хотите, чтобы «Газета на Дом» продолжала работать, рассказывая о том, о том, о чём молчат другие СМИ, поддержите её, перечислив любую сумму на карту Сбербанка 2202 2062 5546 5861 МИР с указанием «помощь».
Елена ГОЛУБЬ
